Как неправильно жарят картошечку

Standard

Сердце кровью обливается, когда видишь, как неправильно жарят картошку. Разве ж так можно? Крестов на вас нет, ироды! От кухни надо таких поваров гнать, глядя как они измываются над блюдом. Перво-наперво они ее, нарезав, кидают в сковороду. Нахуя?! Ведь, что будет? Ведь он слипнется при жарке, как ваша жопа от сгущенки. В ней полно пока клейкого крахмалу. Картофель, наструганный, надо сперва вымочить в ключевой водице, чтобы крахмал смыть. Бросьте нарезанное в миску с водой – пусть там поплавает полчаса. Второе, опять в сковороду кладут. Куды, к дьяволу?! Теперь его высушить надобно. В полотенцах или салфетках всю влагу с него убрать. Иначе не жаренный будет, а тушеный. Третье. Положат овощ в сковороду и льют туда масло. А надо наоборот. Положить сперва масла, круто разогреть, и только после того бухать картошку. Четвертое: накроют, черти крышкой, и идут смотреть телевизор. Картошечку жарят без крышки, иначе под крышкой жарки не будет, а будет конденсат с водой. Пятое, солят. Как только посолил – тут-то она и расползлась, как туалетная бумага в унитазе. Пожарил, выложил, промокнул от масла салфетками, и после уже соли; встряхни в блюде – вот вся и просолилась. Такие дела.

ВАТОН

Standard

ВАТОН. Не хочу потрясений, Сократ. Уйдет Сатрап, и что будем делать? Страшно и зябко от такой мысли. Все повалится, придет в запустение. Ох, помню я суровые девяностые в пятом веке до нашей эры. Не приведи, боги, повторения.
СОКРАТ. Да и сейчас не лучше, козий сыр-то уже не козий.
ВАТОН. Потому что кругом враги, Сократ, и надо затянуть пояса и терпеть.
СОКРАТ. Как долго?
ВАТОН. Тут уж не знаю. Говорят – год.
СОКРАТ. А скажи-ка, друг, отчего у нас стали кругом враги? Не припомню я никаких врагов прежде, чем мы оттяпали Крит у Лакедемона.
ВАТОН. Как можешь так говорить!? Кощунство это, Сократ, богохульство и святотатство! Известно всем, что Крит – наш! Когда-то Тезей убил там Минотавра, а оттого там теперь – сакральные земли. И я отныне могу плыть галерой на Крит в отпуск.
СОКРАТ. А что мешало это делать прежде? Разве спартанцы тебя туда не пускали?
ВАТОН. Пускали. Однако ж мысль, что еду я в родное отечество, греет мне сердце.
СОКРАТ. Сердце-то греет, да урчит твое пузо. Морской союз установил блокаду, и нет теперь там зерна.
ВАТОН. Да, худо. Проклятые, завидуют нам!
СОКРАТ. Что ж нам завидовать? И в Афинах теперь голодно.
ВАТОН. Таков наш особый путь.
СОКРАТ. Да разве это было б, не будь Сатрапа?
ВАТОН. Опасные речи говоришь. Уйдет Сатрап – конец Афинам.
СОКРАТ. А как он помрет, тоже будет конец?
ВАТОН. Тоже.
СОКРАТ. Выходит, рано или поздно конец Афинам непременно будет, ведь не вечно же ему жить?
ВАТОН. Выходит.
СОКРАТ. Что ж делать? Коли и так худо, и так худо, не погнать ли его теперь? Не лучше ль отдать судьбу полиса в руки самих граждан, чем полагаться на одного, даже семи пядей во лбу? А Сатрап не шибко и умён.
ВАТОН. Молчи, не ровен час донесут.
СОКРАТ. Кто ж? Нас только двое.
ВАТОН. Сам и донесу, испугаюсь и донесу.
СОКРАТ. Ну, коли так.
ВАТОН. Страшно, Сократ. Уйдет Сатрап – все повалится, придет в запустение. Ох, помню я суровые девяностые в пятом веке до нашей эры. Не приведи, боги, повторения…

Святочный рассказ

Standard

Умер Путин. Попадает на Страшный Суд. А там Бог сидит за столом, и вся его приемная комиссия. Спрашивают строгенько:
— Имя и фамилия, и род занятий?
Путин подумал-подумал, и говорит:
— Зовут меня Игорь Поночевный, я – оппозиционный блоггер и художник. Пострадал за свои политические убеждения через проклятого Путина.

Бог снял очки, протирает их носовым платочком, и говорит, улыбаясь:
— Что же вы, Игорь Васильевич, себя не уберегли? А я ведь был у вас в подписчиках на фейсбуке. Любил, знаете ли, читать перед сном ваши смешные рассказики.
Путин руками развел:
— Да вот, как-то так нелепо получилось. Очень уж жизнь у меня безрадостная была. Я ведь не только через власть подлую настрадался, но и через несчастную любовь. Слишком у меня сердце нежное и чувствительное оказалось. Не смог пережить всех обрушившихся на меня бед, лег на диван, закрыл глаза и умер тихо от горя.

Апостол Павел украдкой слезу смахнул, а апостол Пётр что-то в своем блокнотике пишет, и спрашивает, глаз не поднимая:
— А вы в Бога верили?
А Путин – хитрый, зараза. Вздохнул и говорит:
— Я, видите ли, – человек принципиальный. Я не такой, как все: куда они, туда и я. Нет, я был ищущая, мятущаяся душа. Жаждал, быть может, где-то в глубине. Но не знал, как приобщиться? Уж больно мне все эти ваши культы, господин Бог, устаревшими представлялись.
— Короче, не верили? — Уточняет Пётр.

И пока Путин думал, как ему выкрутится, Бог и говорит:
— А знаете, товарищи, мне такая позиция намного ближе и понятнее. Я уж лучше такого человека к себе возьму, чем какую-нибудь гадину верующую, вроде попёнка этого фейкового Милонова, падлу, которая ко мне, к Богу, никакого отношения не имеет. Я эту заразу, верите ли, собственными руками…
И так воодушевился, занервничал, аж задрожал весь. А апостол Павел и говорит:
— Да не переживайте вы так, Иисус Саваофович. Не стоит оно того.
А тот ему:
— Да как не переживать, Паша, когда кругом такая несправедливость вселенская творится? И всё из-за этой нечисти в Кремле? Война, горе, убийства людей. Не могу я уже спокойно на это смотреть. Честное слово, не могу.
И так Бог разнервничался, что пришлось ему корвалолу накапать.

Наконец, спрашивает председательствующий всех, сидящих за столом:
— Что вы, товарищи, думаете?
Пётр плечами пожал, а Павел и говорит:
— А мне его холсты нравятся, очень уж на них лики такие искренние и душевные. И никакого там богохульства и святотатства нет, конечно. Враки и глупости всё это. Ханжество и клерикализм. И скоро, я верю, их на аукционе Сотбис и за миллионы будет не купить. А у нас, в раю, он мог бы всяких ангелочков на плафонах расписывать масляными красками. И очень красиво будет.

Короче, проголосовали единогласно. Выписала комиссия Путину билет в рай, и торжественно вручила. И он уже было решил, что опять всех переиграл, как обычно. Взял свой чемодан, кланяется, и идет к дверям. А апостол Павел вдруг и говорит:
— А что это у вас там, сзади?
Путин:
— Где?
— Да, вон, из-под пиджака торчит?
— Да где?
— Да – вон же! На хвост похожее.
— А, это? Это труба, кажется, водопроводная. Не знаю, как она туда попала? Зацепилась, наверное, когда я умирал?

Тут Бог очки надел, посмотрел внимательно на Путина, да как закричит:
— Ба! Так это же – Путин! Это же та самая шкура!
Короче, отобрали архангелы у него билет, и дали такого поджопника, от которого он полетел вместе с чемоданом вверх тормашками в ад, где его черти уже заждались. А для Страшного Суда заказали, наконец, на амазоне сканер с детектором. Потому, что нельзя же уже так: на дворе двадцать первый век, а у них всё – по старинке.

Зачем американцы выбрасывают ёлки перед Новым Годом

Standard

Если во всем мире принято на Новый Год ёлку ставить, то в бездуховном Пиндостане, наоборот, принято её назло всем выбрасывать. Делают это специально перед 31 декабря, и для того только, чтобы унизить и оскорбить всякого русского человека, посмеяться над его Величием и Победой. Для того всякий пиндос подло ёлочку срежет и из дома выкинет, и швырнет на улице, поглумившись над нашей Духовностью. А вместо ёлочки он поставит у себя свастику и бандеровское знамя и будет плясать под ними свою хаву нагилу, потому что – ничего святого за душой у него нету.

Мужество признавать свои ошибки

Standard

Способность встать на точку зрения другого — свойство редких натур. В науке так часто бывает, что ученый, отстаивающий потерявшую актуальность парадигму, никак не может примириться с мыслью, что теория устарела, и на смену ей приходит новая. За примерами далеко ходить не надо: в физике со времен Аристотеля прочно закрепилась точка зрения, что естественное состояние тела — состояние покоя; концепция Коперника о гелиоцентрической картине мира разбивалась об обывательский здравый смысл, а теория происхождения видов в результате естественного отбора Дарвина противоречила внутренним убеждениям верующего. Пуанкаре был противником теории множеств Кантора, а Эйнштейн не мог допустить копенгагенскую интерпретацию квантовой механики.

Чего уж говорить о простаках, которые не желают менять точку зрения, перестраивать свое мышление и признаваться в собственных ошибках, когда факты свидетельствуют против того, что они с жаром отстаивали? Можно наблюдать поистине удивительное явление: люди отказываются принимать очевидное, так интерпретируя действительность, чтобы она умещалась в прокрустово ложе их верований и предпочтений. Самый яркий тому пример — Дональд Трамп и его позиция относительно России.

Казалось бы, какие еще доказательства нужны его сторонникам, чтобы убедить их в приверженности нового президента курса на сближение с Россией? На это указывает, во-первых, риторика его самого и его советников, а во-вторых, что самое важное, — сам принцип, сама концепция его политической программы, которая утверждает приоритет американских задач перед общемировыми. Отказаться от вмешательства в дела других стран, если это противоречит интересам США, сконцентрироваться на проблемах Америки, перестать создавать себе головную боль, вмешиваясь в региональные политические конфликты — основные тезисы, с которыми кандидат от республиканцев шел на выборы, которые устраивали большинство американцев во время предвыборной гонки и позволили ему победить.

Дональд Трамп не испытывает к путинской России ни любви, ни ненависти, как многие ошибочно полагают, ровно то же самое нейтральное чувство разделяет он и к Украине. Республиканская партия не считает путинскую Россию своей угрозой в той мере, в какой СССР был противником США эпохи Рейгана. В то время существовало фундаментальное противостояние двух взаимоисключающих политических систем. Очевидно, что государство, декларирующее мировую революцию, уничтожение класса буржуазии и помещиков и установление диктатуры пролетариата, представляло смертельную опасность для капиталистического общества.

Рационализм и здоровый эгоизм — вот основные черты Трампа, и именно за эти свойства его и выбрали в президенты. Наивно полагать, что новый американский президент будет руководствоваться в своих действиях альтруистическими мотивами или личными предпочтениями. Если современная политическая ситуация такова, что проще дружить с кем-то, чем конфликтовать с ним, то второе будет предпочтительнее.

Трамп, декларирующий, что естественное поведение мужчины — схватить за задницу красивую женщину, понимающую, насколько трудно отказать миллионеру, выглядит гораздо искреннее в глазах миллионов американцев, чем «лживая» Клинтон, уверяющая, что толерантность — безусловное достижение американской цивилизации. Большинство людей на Земном шаре не приемлет толерантность, и это вполне естественно. Потому, что гораздо проще ненавидеть, чем любить, легче бросить в беде, чем помогать, быть нетерпимым более в природе нашего биологического вида, чем проявлять терпение.

Американец, уставший от толерантности, с удовлетворением примет нетерпимость, особенно если дозволение на это будет спущено с самого верху, — это вполне закономерно. Если альтруизм и необходимость защищать слабого надоели, приелись, осточертели большинству американцев, если они оказываются невыгодны, поскольку сулят серьезные убытки, он очевидно будет исповедовать здоровый эгоизм. В этом и состоит вся риторика Трампа в отношении России, и полностью и безусловно соответствует запросам его избирателей. Ничего здесь дурного нет, кроме того, что это дурно для Украины и соседей России, которые понимают всю опасность такой политической позиции.

Отсюда вытекает, что из двух проблем: помогать Украине в обмен на конфликт с более серьезным противником, или поддержать Россию в обмен на неодобрение Украины и Евросоюза, Трамп предпочитает второе, что он и озвучил вполне искренне. Поступок совершенно оправданный, если рассуждать с точки зрения сиюминутной выгоды и голого рационализма. Действительно, нет ничего позитивного для Америки в противостоянии с Россией, как ни прискорбно это признавать. Гораздо более опасный для США противник Китай — соперник экономически более сильный, нежели Россия, и до сих пор руководимый коммунистической партией, если кто забыл. Выбрать Россию в качестве союзника для борьбы с Поднебесной — наиболее разумное для Трампа решение. И ровно это и озвучивает новый американский президент. И ровно этого не желают слышать его сторонники, которые ждут-не дождутся, когда же он снимет маску и проявит себя в отношении России по-настоящему. Только вот как? Потому что никаких логических оснований вести себя иначе у Трампа попросту нет.

Комплекс Трампа

Standard

Комплекс Кассандры или синдром Кассандры, как мне кажется, совершенно не отражает смысла своего понятия. В самом деле я бы охарактеризовал этот синдром совершенно иначе, и дал бы ему название, например, «Синдром Трампа», дабы не путаться. Суть этого комплекса сводится к следующему.

Нет никакого смысла объяснять людям негативные последствия действия А, если они уверены в том, что действия А позитивно ценны. Даже если ваше предсказание, основанное на строгих логических выводах, окажется в будущем верным, ничего, кроме неприятностей своим предсказанием для себя вы не обретете, если это противоречит убеждениям большинства, а сама ваша точка зрения не станет в обозримом будущем общепринятой теорией.

Пример 1. Кассандра предсказала троянцам пагубный результат их неверного решения, но не была поддержана в своем убеждении, и впоследствии не получила никаких бенефитов от своего пророчества. Более того, сама мысль о том, что она была права, а общество в целом было неправо, и оказалось неспособным оценить её предупреждение, настолько тягостна и неприятна этому обществу, что образ Кассандры для человечества имеет скорее негативную, чем позитивную ценность.

Пример 2. Филолай в 5 веке до нашей эры, а впоследствии Аристарх в 3 веке до нашей эры, представили человечеству гелиоцентрическую картину мира. Однако эта точка зрения не вызвала никакого интереса, и была совершенно невостребованной до 16 века нашей эры, когда Копернику достались все лавры открытия, состоявшегося за два тысячелетия до него. Для человечества осознавать факт того, что оно проебало двадцать веков, в целом настолько неприятно, что оно до сих пор склонно считать, что концепция Коперника имеет приоритет перед открытием древнегреческих ученых.

Пример 3. Россияне в начале 21 века были убеждены, что действия нового президента Путина приведут Россию к процветанию, а большинство жителей страны до сих пор уверены в этом. Никакие предупреждения незначительного числа людей о том, что политика Путина неминуемо ведет к катастрофе и гибели России, во внимание не принимаются, а сами люди подвергаются гонениям и нападкам, несмотря на то, что об этом свидетельствуют факты и статистические данные. Даже если в будущем Россия развалится, эти события не будут поставлены во взаимосвязь с политикой нынешнего президента, а его образ останется в веках позитивно ценным, как образы Ивана Грозного или Иосифа Сталина.

Пример 4. Большинство русскоязычных иммигрантов, осуждающих политику Путина, уверены, что Трамп, вступив в должность президента, займет антироссийскую позицию по образцу рейгановской, и уничтожит нынешнюю российскую власть. Все доводы критиков, которые обращают внимание на то, что к этому нет совершенно никаких оснований, не принимаются. А если в будущем Трамп пойдет на сближение с Россией, то его сторонники будут винить в этом критиков, уверяя, что они «накаркали», либо убедят себя в том, что такое поведение американского президента позитивно ценно и соответствует их интересам.

Вывод: проще разделять убеждения большинства, и не предлагать простаку точку зрения, вступающую в противоречие с обывательской общепринятой, даже если она истинна. Поскольку, если впоследствии вывод окажется верным, большинство его не примет. Произойдет это потому, что психологически проще поверить в то, что соответствует твоим убеждениям, чем согласиться с доводами, с неумолимостью вытекающими из правила логического вывода. Истина в тягость нам, если она не соответствует нашим ожиданиям.

Поэтому всякие действия во имя некоей вселенской справедливости абсолютно бессмысленны, если сложны для понимания и вступают в противоречия с общепринятыми.

Идеальный стартап

Standard

Вот уже который год в голове моей бродит идея, которую я несколько раз озвучивал, идеальный стартап, который нужно воплотить в жизнь. Суть его в следующем.

Главным продуктом продажи, который принесет максимальный доход производителю, вне всяких сомнений, является пища. Человек может прожить без интернета, без iPhone, без секса, но без еды он прожить не может. Пища – основной продукт, распространяемый каждый день, и всякий человек ежедневно покупает продукты питания. Хлеб, салат, рыба, мясо, шоколад, кофе мы приобретаем каждый день, даже если наш холодильник забит под самую катушку. Неудивительно, что такие корпорации, как Пепси, Макдональдс, Нестле или Кока-кола имеют миллиардные прибыли. Все хотят есть, даже если на самом деле они не хотят.

Суть моего революционного стартапа, а его революционность объясняется тем, что это не очередное говеное приложение к Apple, сводится к следующему. Я предлагаю человечеству прорыв в области пищи. Я предлагаю Земному шару нечто революционное.

Нет ничего приятнее определенности. Как часто мы теряемся, когда, заходя в магазин, сталкиваемся с огромным количеством продуктов, из которых принуждены выбирать. Нет ничего ужаснее и бессмысленнее этого выбора. Особо хитрые продавцы искусно паразитируют на этом: вместо выбора из десяти разных производителей нам предлагают бинарную оппозицию: органик и неорганик – самое чудовищное наебалово двадцать первого века. Нет никакого органик. Без пестицидов, которыми уничтожают вредителей: бактерий, клещей, жучков, грибков, грызунов, животных и птиц, ничего расти не будет.

«Органик» и «неорганик» работает в обе стороны. Кто-то хочет купить дешевый продукт и выбирает «неорганик». «Зато дешевле», — думает он. «Зато полезнее», — думает другой, и покупает ровно ту же самую хрень.

Я планирую разрушить эту чудовищную монополию проходимцев и предлагаю: ТАБЛЕТКИ ДЛЯ ЕДЫ.

Новый продукт лежит на стыке фармацевтики и сферы продуктов питания. Фармацевтика дает гарантию безвредности, освященную медицинским авторитетом. Пищевой элемент сообщает ежедневную необходимость в калориях. Наконец, их минимум привлекательно скажется на тех, кто желает похудеть, но не знает как: бич современной развращенной цивилизации, забывшей, что такое голод.

Сама таблетка представляет собой безвредный концентрат овощного или фруктового наполнителя, обладающий характерным вкусом и запахом продукта, который имитирует. Растворенная водой, она увеличивается в объеме и сообщает желудку потребителя элемент сытости. После чего через некоторое количество времени ее полезные вещества – сахара и микроэлементы всасывается в кровь. Количество калорий, которые она привносит в организм, минимально. Главным содержимым препарата является усилитель вкуса, должный напомнить покупателю об аромате:
черной икры,
бородинского хлеба,
говяжьего стейка,
устриц,
дачных яблок,
или смородинового варенья.

Всего планируется около ста наименований основных продуктов. Каждая таблетка будет выкрашена в цвет, напоминающий о продукте питания, который заменяет, и снабжена буквенным обозначением.

Некоторые люди скажут, прочитав это, что я выдал все секреты идеального стартапа, после чего он потеряет свою силу. Но в этом-то и состоит вторая, быть может, самая главная составляющая проекта. Сделав эту презентацию, я защитил его копирайтом и зафиксировал приоритет. Осталось ждать, когда проект будет реализован и принесет его создателям миллиарды, после чего можно смело идти в суд и заявлять о краже идеи, требуя компенсации.